7700500168 Свеча зажигания ЛАДА Ларгус 8кл RENAULT Logan


b2401-00qaa фото

2017-09-26 21:46 Арт b2401 00qaa oe b240100qaa 250 р купить Тормозная система Ниссан Фото Свеча зажигания Nissan Almera New B2401 00QAA Цена 350 р Подкрылок перед Nissan almera G15Ra Цена 1 770 р




Знаете, чем похожи игра в бридж и секс!? Если нет хорошего партнера, остается надеятся на шустрые ручонки!


Лучше пусть завидуют, чем сочувствуют.






ИЗ ОХОТНИЧЬИХ РАССКАЗОВ ОПЕРОВ Ну что, принес? "Кристалл" или "Смирновку"? А закусь где? Тащи ее на стол, Давай стакан, сворачивай головку, Давай по первой, с Богом, ну ... пошел. Значить было так, сидели мы в засаде, И вышел зверь, большой, матерый, злой, И нагло пер, как танки на параде, Не жри закуску, вмажем по второй. Он уходил зигзагом, скалил зубы, Боялся я, не справимся вдвоем, Крутил финты, был хитрым, грязным, грубым, Давай по третьей, а потом курнем. Он в норах прятался, пытался сбить со следа, Но мы его по запаху нашли, И повязали ... , трудная победа, Да ты не спи, давай еще плесни. А мы его едва-едва скрутили, Намаялись и семь потов сошло, С трудом его до места дотащили, Ну, по последней, ... хорошо пошло. Его за пьянку, на рабочем месте, Мы оформляли, но майор бухой, Дежурный, гад, чтоб лопнуть им всем вместе, Его пустил по сто шес-сят второй.


Московский Государственный Гуманитарный университет проводит "фестиваль русского языка-2012" "Запишите это и за-пом-ни-те на-ве-ки!" Я ненавидел её. Без дураков! Всеми фибрами души, каждой клеточкой тела! Проклиная очередное [й-а] фонетического разбора, убегающие буквы из корней слов, уменьшительно-ласкательные суффиксы и деепричастные обороты. А она была живым воплощением этого кошмара. Она венчала пирамиду, нагромождённую правилами различных правописаний орфографии и пунктуации. Отыскивая и не находя в нас хотя бы намёк на чувство языка, она день за днём вдалбливала нам его, пока по закону диалектики тупое заучивание не переходило в осознанное понимание. – Запишите это и за-пом-ни-те на-ве-ки! – бесконечно твердила она нам, растягивая слова и свято веря, что главный предмет в школе, несомненно, русский язык. В ответ на её мучения мы придумывали свои, соревнуясь в изобретательности, и похваляясь друг перед другом. От пресловутых кнопок на стуле, до ночных звонков на домашний телефон. От попыток срыва урока, до исписывания стен её подъезда угрозами граффити. Мы были героями! И дерзко смотрели ей в глаза, когда она просила записать очередное домашнее задание. Хотя это, по правде говоря, было лишним. Глаза её скрывались за толстыми линзами очков в доисторической роговой оправе – она почти ничего не видела. И это тоже сводило нас с ума! Мы прятали очки, но всегда всем классом получали в срок проверенные сочинения, объёмом «минимум в 24 листа» (!), с аккуратно подчеркнутыми, обведёнными, отмеченными красными чернилами ошибками. О, эти сочинения! Наше «мастерство» никогда не поспевало за её требовательностью. Мы вновь и вновь вглядывались в образ Катерины, которую Островский, конечно, любил, но с оттенком мужской иронии, и не видели ровным счётом ничего! И это длилось и длилось, и казалось, конца этому нет. Мы топтались у дуба с князем Болконским, колесили по стране вслед за Живаго, вслушивались в «громыхание чёрных марусь» «Реквиема», и ничто не трогало нас, но мы читали, читали, читали… Она приходила в школу с огромной кошёлкой, доверху набитой книгами, и никто из нас не двигался с места, чтобы помочь ей подняться на третий этаж. Мы мстительно вслушивались в бряцанье колесиков о ступени, больше всего желая в те моменты, чтобы всё это рассыпалось и по-возможности распылилось на атомы: многотомная кошёлка несла нам новые испытания, которые уже давно перестали ограничиваться только русской классикой: – Что ж, приступим, уважаемые! Запишите это и за-пом-ни-те на-ве-ки!.. … А потом время начало ускоряться. Мы ВСЕ получили наивысшие баллы и разлетелись по ВУЗам страны и мира… И вот, на чём я поймал себя – в Питере одним из первых музеев я посетил квартиру Ахматовой в Фонтанном доме, а в Праге – с благоговейным трепетом сфотографировался у нелепого памятника Кафке… Перед подругой я могу щегольнуть «Багряным и жёлтым» Маяковского, а с приятелем из Англии порассуждать о Дэниеле Мартине Фаулза. Я нахожу удовольствие в чтении и считаю это одним из самых больших удовольствий жизни. Мне легко даются письма к любимой девушке, а иностранцы удивляются образности моего английского... С чего бы это и к чему, друзья? Не догадываетесь? А её уже несколько лет нет на свете. Это была старенькая, безобидная и махрово-интеллигентная женщина. И всё, что я могу послать ей туда теперь – это: Прости меня, мой Учитель! Какой же я был болван! (с)Григорьев Филипп 23 года Категория: Студент ВУЗа Регион: Санкт-Петербург Отсюда: P.S. по моему мнению у парня-будущее!